Верхний баннер
18:54 | СУББОТА | 14 ДЕКАБРЯ 2019

$ 62.55 € 69.86

Сетка вещания

??лее ????ов??ое ве??ние

Список программ
12+

отдел продаж:

206-30-40

15:19, 22 ноября 2019

«Гнилое дело»: пермское феминистское сообщество раскритиковало поправки в закон о домашнем насилии

С критикой проекта выступил и доцент НИУ ВШЭ в Перми.

В пятницу, 15 ноября, рабочая группа по подготовке проекта с поправками в закон о домашнем насилии провела заседание в Совете Федерации.

К законопроекту было добавлено определение «преследование», которое предполагает «неоднократные угрожающие действия, направленные на пострадавшего вопреки его воле».

Кроме того, одним из новых тезисов является невозможность третьих лиц и организаций сообщать в правоохранительные органы об инцидентах, связанных с домашним насилием в случае, если на это не было получено согласие жертвы.

«Известия» сообщают, что данные поправки были разработаны совместно с экспертами СПбГУ. Привлечение сотрудников университета связано с делом одного из его доцентов — Олега Соколова. Напомним, мужчина обвиняется в убийстве 24-летней аспирантки, с которой он сожительствовал длительное время. 63-летнего Соколова задержали у реки Мойки 9 ноября с отрезанными женскими руками в рюкзаке.

За два дня до задержания доцента депутат Оксана Пушкина, выступающая за гендерное равенство, заявляла о своем намерении поспособствовать скорейшему принятию поправок: она была одним из авторов законопроекта. Однако вскоре она сообщила, что ей и другим депутатам из рабочей группы поступают угрозы.

25 ноября — Международный день борьбы за ликвидацию насилия в отношении женщин.

Редакция «Эха Москвы в Перми» попросила прокомментировать текущие положения о поправках в закон о домашнем насилии представительниц пермского феминистского движения и эксперта, который помог бы посмотреть на ситуацию с позиции мужчины.

Журналист «Эха» пообщался с доцентом НИУ ВШЭ в Перми, кандидатом исторических наук Александром Валерьевичем Чащухиным и двумя пермскими фем-активистками — Евгенией Воробьевой и Вероникой Шалагиновой, которая также является администратором фем-сообщества fem prm.

Интервьюер попросил собеседников рассказать о своем отношении к поправке. В случае, если законопроект в силу каких-либо обстоятельств не кажется им перспективным, предложить собственное решение проблемы, которое, по их мнению, должно помочь.

Девушки выступили единогласно, объяснив, что одобряют поправки, но акцентировали внимание на необходимости смены вектора направления работы над ликвидацией насилия.

— Я считаю, что инициатива с внесением правок относительно преследования в законе о домашнем насилии — очень здравая. Ее давно нужно было принять, потому что большое количество женщин подвергается преследованию со стороны нынешних и бывших партнеров. Главное — чтобы эти поправки действительно работали и женщин с их проблемами воспринимали всерьез, а не относились к проблемам как к «выносу сора из избы», — объяснила Вероника. — Но вот одно из предложений предполагает, что общественным организациям запретят информировать силовиков об известных им случаях домашнего насилия, не заручившись согласием жертвы. Это чревато тем, что женщина может быть настолько запугана, что не будет давать показания против домашнего тирана. А в домашнем насилии важно как можно скорее его предотвратить.

Кроме того, активистка заметила: для того, чтобы произошли серьезные изменения, необходимо работать не только с правоохранительным органами и судебной системой, но и с другими инстанциями.

— Нельзя не отметить то, что в России нужно очень многое менять, чтобы предотвращать домашнее насилие, — говорит активистка. — Необходимо как можно чаще говорить о том, что можно сделать, чтобы уйти от токсичных отношений; необходимо наладить механизм взаимодействия между жертвой домашнего насилия и организациями, которые окажут ей помощь; необходимо больше шелтеров для женщин (убежища для жертв насилия — прим. ред.) в опасной ситуации; криминализовать побои в семье и многое-многое другое.

Напомним, в 2017 году президент подписал указ о том, что впервые совершаемые побои в семье должны быть исключены из Уголовного кодекса. Повреждения, «причинившие физическую боль, но не повлекшие последствий», были
переведены в область административных правонарушений, что вызвало широкий общественный резонанс. Дискуссии о пагубности такого решения не утихают до сих пор.

 

Проблемы с противодействием насилию в семье, выявленные в ходе мониторинга рабочей группы при Совете Федерации от 6 ноября 2019 года.

Фото: скриншот с сайта council.gov.ru

 

Мнение о необходимости восстановления статьи за домашние побои озвучила и Евгения Воробьева. Представительница фем-сообщества однозначно высказалась о принятых ранее поправках в УК.

— После той подставы (никак больше не могу назвать ту поправку в ст. 116 УК РФ о декриминализации побоев в семье) надежд на адекватные поправки в статью о домашнем насилии практически не осталось, — поделилась Евгения. — В стране, где на федеральных каналах на ток-шоу обвиняют жертву убийцы в ее смерти, реакция на новости о нововведениях в закон только негативная. Но в этот раз реакция у меня неоднозначная. Вроде бы внесли уточнения о преследовании, вполне разумные и необходимые, но еще одна поправка «о согласии», как по мне, направлена на улучшение статистики правоохранительных органов: меньше обращений — меньше работы.

Кроме прочего, девушка выделила в поправке аспект, который, по ее мнению, может не только не помочь ситуации, но и усугубить ее. Речь идет о запрете обращаться в полицию без согласия пострадавшего, что относится и правозащитным организациям.

— Связывать руки этим организациям, которые очень часто единственные, кто может помочь — это гнилое дело, — утверждает активистка. — Направить бы деньги, потраченные на разработку этой поправки, как раз в эти организации. Но здесь, как говорится, мечтать не вредно…

Брошюры на мероприятии, посвященном Дню профилактики домашнего насилия в пермском ЦГК

Фото: vk.com/femprm

 

По утверждению специалистов, женщинам бывает намного проще обратиться именно к несиловым структурам, где им могут помочь без составления протоколов и отчетов. О таком психологическом аспекте упомянул и Александр Чащухин. Он отметил, что с утверждениями девушек сложно не согласиться. Историк уверен, что насилие в семье появилось отнюдь не вчера, но волнения общества и вынесение на обсуждение такого вопроса — положительная тенденция для его решения.

— Проблема, собственно, не является новой. Домашнее насилие было и в советское время, и после него. Другое дело, что это явление редко попадало в публичную сферу, почти никогда не становилось предметом рефлексии. В силу разных причин — как психологических, так и культурных. Пожаловаться лучшей подружке можно. Пойти в милицию или развестись — на это решались немногие. Так, кто-то до сих боится осуждения, кто-то понимает, что обращение в правоохранительные органы часто бесполезно. Добавьте к этому еще вечный жилищный вопрос. С мужиком поговорили, оштрафовали, а потом он напился и... вернулся домой. Сейчас планка терпимости сдвигается, что не может хотя бы немного не радовать, — отметил доцент. — Западный опыт, которого у нас почему-то некоторые пугаются, был похожим. Там тоже общественные организации не сразу, но заставили власть изменить законодательство и на конкретном правовом уровне создать механизмы защиты, заставили полицию не бездействовать.

При этом Александр отдельно прокомментировал и текущую поправку — к ней мужчина отнесся настороженно:

— Нынешнее обсуждение закона, когда общественники пытаются не оставить лазейки для бездействия со стороны полиции — дело правильное. Но... мне почему-то представляется вся эта полицейская машинерия в том виде, как она есть. Участковые, полицейские приезжающие на вызов, которые бесконечно пишут отчеты.

Историк уверен, что в делах о насилии правоохранительные структуры отнюдь не всегда бывают компетентны.

— Многие из полицейских при оценке домашнего насилия, изнасилований исходят ведь не из норм права, а из своих корпоративных суждений и (или) норм, принесенных из тех сообществ, в которых побывали: пацаны, двор, армия, — считает Чащухин. — Для того, чтобы переломить повседневные практики и представления тысяч сотрудников правоохранительных органов, одного закона будет недостаточно.


Обсуждение
1981
0
В соответствии с требованиями российского законодательства, мы не публикуем комментарии, содержащие ненормативную лексику, даже в случае замены букв точками, тире и любыми иными символами. Недопустима публикация комментариев: содержащих оскорбления участников диалога или третьих лиц; разжигающих межнациональную, религиозную или иную рознь; призывающие к совершению противоправных действий; не имеющих отношения к публикации; содержащих информацию рекламного характера.